ПОЭЗИЯ Выпуск 93


Сергей СЛЕПУХИН
/ Екатеринбург /

«лицом к стене, а за спиною — тьма…»



* * *

лицом к стене, а за спиною – тьма,
неведомая комната чужая,
и как же трудно не сойти с ума,
в застенное пространство отъезжая.

Всё улетучилось, исчезло позади,
сон открывает зримые пространства,
и кто-то властно шепчет: «Погоди,
не уходи за грань непостоянства».

Исход и выход, ты и там, и тут,
горд отъезжающий, невыбывший – печален,
триумф прибытия – туда, где долго ждут
в непроницаемости чёрных готовален.

Без пола сцена, задний план исчез,
минутный человечек растворился.
Призывно ручкой машет – ангел? бес?
Я был и умер? Или не родился?


NATURE MORTE

Околевали сваленные вещи,
рты раскрывали, шевелясь немного,
но вдруг очнулись: силуэты резче
и краски ярче – караул, тревога!

Нагретый воздух осмелел, поднялся,
дымок едва заметно вскинул шапку,
я глянул на картину, рассмеялся:
разводы на стекле просили тряпку.

Часы, свеча, бокал – ничто не ново
на скатерти Шардена и Латура,
и вот настало пять минут восьмого,
и встрепенулась мёртвая натура!

Как хорошо: я тоже жив, и ладно! –
в пыли, в пастели, в паспарту надгробном –
жизнь ненасытно сглатываю жадно,
рассматривая зрителя подробно.


* * *

Дышалось тяжело,
как будто сквозь бинты,
из города в село
рванул проворно ты.

Кузнечики, лужок,
пиликанье окрест,
скрипичный шов, стежок,
неслаженный оркестр.

Взмах бабочки, сачок,
промашка, мах – спугнул!
Скачок, еще скачок,
сердечный медный гул.

Чешуекрылых троп
незримое число,
счастливый филантроп,
бродяжье ремесло.

Горячий белый мир,
зеленая эмаль,
и солнце как вампир,
и ничего не жаль.

Наверх вознесена,
как с чистого листа,
свежа, обнулена,
по-летнему пуста.


МАГНЕТИЗЕР

Сварилась йенская романтика в башке,
созрели Боденского озера флюиды,
я Месмера до колик начитался,
себя вообразил магнетизером,
активизировал в душе подземный гул
и собственное «я» к тебе отправил.

О темный мир, «животный магнетизм»!
Злой анти-дух и падшая природа!
Несклонный к отвлеченным рассужденьям,
в тебе, мой медиум, я зримо ощущаю
очаг сезонной пагубной болезни –
позорную и глупую любовь.

Флюид плывет покорно, без усилий,
и вопреки рецептам умных практик
в твое пассивное расплавленное тело
занозой входит с «темной стороны».

Врачебное искусство постигает
нелепость своего несовершенства...



Назад
Содержание
Дальше